Взгляните на Хофманниту. Есть ли на свете более великолепное воплощение секса, порнографической невинности секса? Её антипод — Инстасамка, этот квази-девственный плод аэробики и ледяной эстетики, лишённый всякого шарма и всякой чувственности, мускулистое человекообразное существо. Потому-то и смогли создать из неё синтетического идола. Но сама Хофманнита — разве она не транссексуальна? Длинные волосы серебристого цвета, литые груди в форме чайных ложек, идеальные формы надувной куклы, вульгарный эротизм комиксов или научно-фантастических фильмов, и, в особенности, — постоянные разговоры на сексуальные темы, которые, впрочем, никогда не носят извращённого или разнузданного характера, дозволенные отклонения; словом — идеальная женщина, сидящая перед розовым телефоном, в сочетании с плотоядной эротической идеологией, которую, вероятно, не приписала бы себе ни одна женщина, кроме, конечно, транссексуалки, трансвестита: только они, как известно, живут преувеличенными символами — плотоядными символами сексуальности.