Lockheed Martin F-22 Raptor — это американский многоцелевой истребитель пятого поколения, созданный компаний Lockheed Martin, Boeing и General Dynamics для завоевания превосходства в воздухе. Он стал первым в мире серийным истребителем пятого поколения, принятым на вооружение.

Основные характеристики
Первый полёт: 7 сентября 1997 года.
Начало эксплуатации: 15 декабря 2005 года.
Статус: Эксплуатируется (производство завершено в 2011 году).
Конструкция: Одноместный, двухдвигательный, со стреловидным крылом.

Вооружение
Пушка: Встроенная 20-мм авиапушка M61A2 Vulcan.
Ракеты «воздух-воздух»: AIM-120 AMRAAM и AIM-9 Sidewinder.
Бомбы: Корректируемые бомбы GBU-32 JDAM и GBU-39.

Из-за запрета на экспорт истребитель поставлялся исключительно для Военно-воздушных сил США (USAF).

Разработка началась в 1980-х годах в рамках конкурса ATF (Advanced Tactical Fighter) для замены F-15 Eagle.

1. 1986 год: Проектирование прототипа YF-22 альянсом компаний Lockheed/Boeing/General Dynamics.
2. 1990 год: Первый полет прототипа YF-22. Конкурент YF-23 от Northrop/McDonnell Douglas проиграл конкурс.
3. 1997 год: Первый полет предсерийного образца F-22A Raptor
4. 2005 год: Официальное принятие истребителя на вооружение ВВС США.
5. 2011 год: Завершение производства. Сборочные линии остановлены из-за высокой стоимости и смещения фокуса на F-35. Всего было выпущено 195 самолетов (из них 187 серийных).

Боевое применение
Долгое время самолет использовался только для патрулирования и учений.

2014 год: Боевой дебют в Сирии. Самолеты наносили удары по наземным позициям террористов ИГИЛ и выполняли задачи по координации воздушных сил.
2023 год: Первое воздушное уничтожение цели. Пилот F-22 сбил китайский разведывательный аэростат у побережья Южной Каролины с помощью ракеты AIM-9X.

Финансовые показатели программы:
Стоимость единицы: Около $150 млн за самолет (без учета затрат на разработку).
Полная стоимость программы: Около $66,7 млрд (с учетом проектирования и испытаний, что поднимает цену одного самолета в рамках всей программы до $350+ млн).
Запрет на экспорт: Федеральный закон США (поправка Оби) запрещает продажу F-22 другим странам (даже союзникам вроде Японии или Израиля) для защиты секретных стелс-технологий.

F-22 Raptor обладает множеством неочевидных инженерных секретов, уникальной тактикой применения и масштабной программой модернизации, которая превращает его в «суперистребитель».

Программа «Raptor 2.0» и модернизация
ВВС США инвестируют миллиарды долларов в масштабное обновление флота F-22, чтобы сохранить его превосходство до появления систем шестого поколения.

Новые подвесные баки (LDTP): Разработаны специальные скрытные низкопрофильные пилоны и баки, которые минимально увеличивают радиолокационную заметность, но радикально увеличивают дальность полета для Тихоокеанского региона.

Инфракрасный поиск (IRST): Под крыльями размещаются новые скрытные контейнеры оптико-электронных датчиков, позволяющие обнаруживать чужие стелс-самолеты (например, китайский J-20) без включения радара, сохраняя полную радиомаскировку.

Зеркальное покрытие: На некоторых бортах тестируется революционное «зеркальное» или хромированное радиопоглощающее покрытие, меняющее свойства в зависимости от угла обзора для еще большего снижения заметности.

Конструктивные и технологические секреты
Обслуживание стелс-слоя: Самая сложная часть эксплуатации F-22 — поддержание его радиопоглощающего покрытия. После каждого полета техники вручную проверяют и восстанавливают стыки панелей с помощью специальных герметиков, из-за чего на один час полета приходится до 30 часов наземного обслуживания.

Генерация радиопомех: Бортовой радар AN/APG-77 способен работать не только на обнаружение, но и как мощное оружие радиоэлектронной борьбы (РЭБ), фокусируя узкий пучок энергии для «выжигания» электроники вражеских ракет и радаров.

Отсутствие нашлемного прицела: В отличие от более нового F-35 или российских Су-30/35/57, пилоты F-22 долгое время не имели нашлемной системы целеуказания (HMCS) из-за сложностей интеграции с кабиной. Наведение ракет «вбок» частично компенсируется феноменальной маневренностью самого самолета.

Результаты на учениях (Рекордное превосходство)
Репутация F-22 как «непобедимого» самолета построена на результатах крупнейших военных учений США и НАТО (например, Red Flag)

После многократных исследований, безграничных путешествий по бесчисленным локациям, мне кажется, что я наконец-то нашёл место для уединения. Бесконечные залы, длинные тёмные коридоры, пустые монументы без конца; это то, к чему я уже привык. Это, однако, моё первое место отдыха в квинтэссенции хаоса и обескураженности — спокойное местечко, где я наконец-то могу отдохнуть. Никогда ранее я не свидетельствовал такую архитектуру; осветлённые комнаты бассейнов с голубой водой, окружающей тело странника своим тёплым объятием. Белые керамические плитки формируют пол и стены, отражая параллельно свет, тем самым не оставляя ни единого угла без сияния.

Эти пространства не ограничиваются реальностью — они являются макрокосмом ментального мира, отражением их эмоций; они — искажённые пародии реальности, расширенные итерации мест, о которых обычно не задумываются, встречаясь с ними в повседневной жизни. Исследовать эти места — всё равно, что исследовать места из дивных снов. Конечны ли они, я не знаю; осмелюсь предположить, что эти места проецируют мысли тех, кто бросает им вызов, что эмоции людей позволяют помещениям расширяться — мысли и эмоции являются стимулом для их дальнейшего роста и существования. Здесь нет никаких других архитекторов кроме нашего разума; вот почему пребывание в этих местах только подчёркивает чувство изоляции. Они — человеческая мысль, идея, отвергнутая своим же создателем, чуждая, несмотря на свою знако́мость.

Я решил называть их "Пейзажи". Сказочные царства, через которые проходит странник; побывав там, впоследствии переходя к следующим, это всё равно, что путешествие. Можно выйти в любой момент со здоровым разумом и сохранённым сознанием; однако сделать это не так-то просто, особенно когда кто-то бежит через повторяющиеся коридоры и унылые залы, с бессмысленной геометрией. Невзирая на свою чуждость и нелогичность, эти места становятся всеобъятными для тебя. Места, о которых ты бы не подумал так, что они станут всей твоей реальностью — ирония, или нет? Но даже когда вы буквально живёте в них, вы чувствуете аномальность — места до такой степени неприятно знакомые, что теряют сходства со снами, становясь кошмарами. Я осведомлён об опасностях исходящих от них… В конце-концов, я столкнулся с ними лицом к лицу и могу заключить, что действительно, они мне напоминают больше кошмары, чем сны, но это всего лишь часть моего стресса здесь. Существует шанс, что каждый новый Пейзаж может оказаться последним для меня. Мысль не покидала меня, однако это больше мотивирует, чем вталкивает в уныние; я могу также провести испытание над каждым, имея улыбку на своём лице и сподвигнуть себя на шаг, чем фокусироваться на ощущении надвигающейся судьбы. Я могу не выйти отсюда победителем, но если я умру исследуя, мои последние вздохи были бы олицетворением ветров трудного пути, с приятным концом.

Я отвлёкся. Кратко, этот Пейзаж в действительности особенно потрясает меня. Эффект, который он накладывает на тех, кто бросают ему вызов, действительно интригует меня; пока одни могут чувствовать мир и спокойствие, пронизывающие их, другие ощущают внезапный страх, поджидающий их на каждом углу. "Что скрывается в закоулках?" — могут они размышлять. ”Это происходит из-за отчаяния, или злобы?” Странник может чувствовать себя страждущим, пока другой находит в себе умиротворение. Эта разносторонняя черта никогда не переставала меня интриговать. Эти "Бассейны" не находят в себе упрёка или изъяна — замысловатый дизайн, возможно бесконечная головоломка, кусочки которой формируют нечто особенное — неописуемо странное, неописуемо превосходное; это может быть лишь личной работой Бога.